15 Января 2018
Свиридов. TALK - Илья Бер


Почему Собчак - это плохой проект? Как надо действовать с московскими властями? В чём главная проблема реновации? В новом выпуске Свиридов. TALK – депутат муниципального округа Преображенское Илья Бер.


Без нас не могут выбрать главу и поменять устав

— Илья, ты выиграл муниципальные выборы в своём, я так понимаю, родном районе, ты там родился, вырос, всю жизнь живешь.

— Да, но за исключением, где то полугода-года скитания в разных местах.

— Не считается. Сколько голосов набрал?

— 1355.

— Это много или мало, какое место занял?

— Это довольно много, 35 процентов, второе место.

— А первое кто?

— Первое место у нас заняла Елена Коминова, она руководитель местного дворца творчества детей и молодёжи, который, в общем, центральное заведение вообще в районе. Но она значится от «Единой России», что логично.

— Сколько у вас вообще депутатов?

— 10 человек.

— И сколько от кого?

— Шесть — «Единая Россия» и четыре независимые.

— И у вас блокпакет?

— У нас блокпакет.

— То есть реально без вас не могут принять бюджет, выбрать главу и так далее?

— Не могут еще поменять устав.

— И законотворческие инициативы тоже нет. И, например, может, ты не всё знаешь, но недоверие к главе управы, это тоже 2/3 и так далее.

— Но, насколько я знаю, истории в Москве про реальные прохождения всей процедуры недоверия к главе управы еще ни разу не было, ну, как минимум, я про это не слышал, это сложная история.


Московские власти ничего не объясняют, пока не приставишь ножик к горлу

— Какие цели?

— Главная цель – разобраться, как это всё работает. Вообще я не могу сказать, что ожидал, что удастся избраться, то есть первая цель, которая стояла, попробовать пройти весь этот путь действительно независимому человеку. Конечно, если бы я шёл один, не факт, что удалось бы, скорее даже не удалось бы, потому что поддержка технологическая от штаба Гудкова – Каца была очень существенная именно для меня.

— Подожди, ты сейчас мне все вопросы съешь. Пока только один вопрос. Цели.

— Цели – разобраться, как это всё работает.

— Зачем пошёл в депутаты? Разобраться, как это работает?

— Пошёл в депутаты на волне, просто я много раз отвечал на этот вопрос, не хочется теми же словами.

— Говори теми же словами, со мной первый раз.

— Ну, хорошо. Я понял, что я остаюсь жить в своём районе еще довольно надолго, у меня так сложились семейные обстоятельства, я женился в 2015-м году, у меня родилась дочка, мы купили квартиру в ипотеку, в общем остаюсь. Дальше началась реновация, наша квартира, купленная в ипотеку, попала в реновацию, причем не сразу, летом.

— Её включили?

— Включили, приём для нас это немалый удар, потому что мы ее покупали, чтобы делать там ремонт и там жить, так что это был сильный импульс.

— А был на митинге против реновации?

— Был, конечно.

— Твой дом сейчас реально остался в этой программе?

— Он не то что остался, он вошёл туда, уже последним постановлением 1 июля. Он сейчас в программе реновации.

— И когда будут сносить?

— Неизвестно. Это самая главная проблема с этой программой: в том, что люди остаются в полном неведении. У нас московские власти людям никогда ничего не объясняют, пока им не приставишь ножик к горлу, а когда приставишь, часто врут.

— Ну, ты еще успеешь сделать ремонт.

— Опять-таки есть ли смысл? Если в 2020-м году случится, а если в 2027-м, а если в 2030-м, а если никогда? То есть вхождение дома в программу реновации просто ставит кучу вопросов, особенно для тех районов, где нет стартовых площадок, и неизвестно, откуда и когда они могут взяться.

— То есть пока и непонятно, где строить будут?

— Нет.

— Да, это интересно. Я первый раз общаюсь с человеком, который не просто попал в программу реновации, а для которого попадание означает реальные серьёзные жизненные проблемы.

— Совершенно верно. Так что, это один из импульсов. Мне кажется, что я себе в жизни уже доказал, чего-то достиг, я сам себе в жизни хозяин и у меня есть какое-то время. Сейчас я понимаю, что переоценил свои временные возможности, но мне казалось, что у меня есть время, и по-прежнему остается желания и какие-то силы, что-то сделать для своего района. Принести какую-то пользу людям.


Собчак — плохой проект

— Я тебя знаю как телеведущего.

— Главная моя профессия – редактор интеллектуальных игр. Самых разнообразных: телевизионных, корпоративных, для радио, любые интеллектуальные форматы.

- Например?

- Я пять лет работал в телевизионной «Своей игре» редактором, с 2004 по 2009 гг.. Ведущий Петр Кулешов, это место откуда вышел Вассерман.

- Ты создавал эти интересные вопросы?

- Да. С 2009 года я главный редактор программы «Кто хочет стать миллионером» на Первом канале. Но только я не сотрудник Первого канала, а я индивидуальный предприниматель. Просто мне производящая компания «Красный квадрат» заказывает вопросы, дальше у меня есть редакторская команда, которая производит контент.

- Сколько человек в подчинении?

 - У нас в редакторской группе шесть человек.

- Как тебе помогает этот опыт в муниципальной деятельности, может быть на выборах как-то?

- Главное, чему помогает опыт такой работы, — это умение работать с информацией. Собственно, этому я сейчас учу студентов. У меня есть собственный курс, который я преподаю студентам Российской академии народного хозяйства и государственной службы для будущих журналистов. С прошлого года я преподаю в РАНХиГС и мой курс так и называется - «Поиск и верификация информации в современной медиасреде». И мне кажется, что эти мои умения могут пригодиться району, отличать зёрна от плевел, где вероятность фейка высока, а где искать информацию истинную и дальше эту истинную информацию транслировать людям, чтобы они понимали, что здесь на самом деле происходит. 

— Ты член партии?

— Нет, мне не очень комфортно быть членом какой-либо партии.

— Как ты попал в команду Каца – Гудкова?

- Случайно. Так получилось, что весной мне три человека абсолютно не зависимых друг от друга, совершенно разных, спросили, не хочу ли я выдвинуться в муниципальные депутаты . Честно сказать, сам я до такой мысли бы не дошёл. В итоге меня спросили, почему бы и нет, и дальше я сделал некий ресёрч, почитал, погуглил, и в связи с этим я наткнулся на проект Гудкова. С Гудковым я не был знаком никаким образом и к нему у меня было отношение скорее положительное, к Кацу, скорее осторожное, но тем не менее я там зарегистрировался.

- Почему к Кацу скорее осторожное? Игрок в покер?

- Нет, я тоже люблю покер, меня не это не смущало.

- А что тогда?

- Есть много различной информации о человеке. Специально верефикацией именно этой информации я не занимался, а поскольку я понимаю, что у меня нет собственного обоснованного мнения, то лучше не иметь никакого, но знать, что есть разные взгляды. Это позиция, которой я учу своих студентов.

— Какой вид агитации использовали?

— Открытка, газета, директ-мейл.

— Сколько всё это стоило?

— В районе 90 тысяч рублей.

- Сколько потратил на кампанию?

- В районе 90 тысяч рублей. Личных 40, остальное - пожертвование.

-То есть реально в 100 тысяч рублей уложился?

- Да, в девяносто. Я думаю, что невозможно оценить, что вот это точно работает, а вот это нет. Работает в таких случаях всегда кумулятивный  эффект, есть закон Парето: 80% усилий дают 20% результата и наоборот, но никогда не знаешь и не можешь отделить.

- А интернет?

- Интернет использовали, но я не думаю, что он дал много. У нас была и есть группа «Наша преображенка» в который было 800 человек, сейчас там уже полторы тысячи.

— Ты давно в соцсетях, помогло тебе это как-то на выборах?

— Я не думаю, что мои личные страницы мне что-то дали.

- Кто у вас сейчас глава?

- У нас глава не избралась, она сейчас временно исполняющая обязанности, хотя и нет такого понятия. Она сейчас по трактовке прокуратуры продолжает быть главой. С точки зрения нормальной выборной логики, это бред. Мы возмутились, но потом наши юристы посмотрели, что один пункт противоречит другому и можно трактовать, как хочешь. Кроме того, есть решение верховного суда, которое подтверждает, что не должно быть вакуума власти. Так что у нас работает старая глава, которая ведет  заседания, но не имеет права голоса. Такая история, какая есть, с этим мы ничего поделать не можем, поэтому работаем пока так. Но мы не блокируем вопросы, полезные для жителей в политических целях. Поэтому, по юридической процедуре блокировать первое чтение бюджета нет никакого смысла, потому что без его подтверждения нельзя выйти на публичные слушания, а публичные слушание — это как раз важно, это то, для чего мы пришли, чтобы вовлекать людей в эти процессы. Поэтому блокировать бюджет на первом слушании никакого смысла нет, мы и не блокировали.

- Как ты относишься к навальному?

- Сложный вопрос. Если бы его фамилия была в списке претендентов, я бы, вероятно, за него голосовал на пост президента. Я за него голосовал на  мэрских выборах. Учитывая мои обязательства, хотя они не прописаны формально, но есть моральная сторона, меня поддержало «Яблоко» и в целом программа «Яблока» меня устраивает, как политическая программа, на ближайших выборах, если Явлинского зарегистрируют, а, вероятно, его зарегистрируют, я буду голосовать за Явлинского.

- Как относишься к Собчак?

- Это плохой проект, притом что лично к ней я отношусь с уважением. Она даже однажды вела телепередачу по моим вопросам. Я к ней как к человеку отношусь с уважением, но ее участие в президентских выборах - это плохо. Я понимаю, зачем она нужна администрации президента, чтобы на правом фланге был человек, который будет добавлять интерес к выборам и легитимизирует победу Владимира Владимировича.


Пока считаю себя везунчиком

— Чему новому научился за последний год?

— Вся история с муниципальными депутатами — это всё новое. Меня просто бросили в открытый океан, и нужно постоянно мотать руками и ногами, чтобы оставаться на поверхности.

— После выборов характер встреч с жителями изменился?

— К сожалению, пока нет времени встречаться с жителями в том же формате.

— В твоём районе есть большой рынок. Сейчас идёт речь об его уничтожении, расскажи об этом.

— Слухи идут уже больше десяти лет. Там очень сложная структура собственности, рынок является ГУПом. Также он находится на старообрядческой земле.

— Поделись ярким впечатлением из детства

— Первый раз сыграл в брейн-ринг в школе.

— Каким творческим проектом больше всего гордишься?

— Перевёл книгу с английского языка на русский, потом издал её. Книга, посвящённая интеллектуальным играм в Америке. Позже, когда я ездил в Америку, я встречался с автором.

— Главное разочарование в жизни?

— Сложный вопрос. Пока я считаю себя везунчиком.

— Что-то мелкое может быть?

— Есть моменты, где я поступил нехорошо, но я про эти моменты рассказывать не буду, люди с которыми это было связано знают, что я раскаиваюсь за них.

— Что считаешь основной проблемой современного мира?

— Кризис доверия. Трамп, Брексит – это всё кризис недоверия, а после недоверия следующий шаг – война.

— Кац-Гудков — это того же порядка события?

— Это как раз наоборот. Это про то, что люди, которым не платит Госдеп, независимые, могут взять и что-то поменять.

— Что с этим делать?

— Это надо пережить, мир развивается, и идеи и тренды меняют друг друга.