21 Февраля 2018
Свиридов. TALK - Илья Яшин

 - Уважаемые москвичи, сегодня в нашей программе - председатель муниципального округа Красносельский Илья Яшин. До того, как ты стал депутатом, какие основные вехи ты для себя выделяешь?

- В первом митинге я принял участие в 1999 году, мы протестовали против преследования депутата Хинштейна. Тогда он еще не был депутатом, а был журналистом «Московского комсомольца», и у него был конфликт с министерством внутренних дел. И я, еще будучи школьником, принял участие впервые. А всерьёз я начал учувствовать в политике в 2000 году, в университете, когда присоединился  к молодёжному «Яблоку». Потом, в 2008 году, наши дороги с «Яблоком» разошлись, мы сблизились с Борисом Немцовым, организовывали движение «Солидарность». Он стал ближайшим политическим союзником, потом организовывали партию ПАРНАС.

- Ты был школьником и пошёл на митинг в честь журналиста, случайно?

- Да, мои родители выписывали «Московский комсомолец».

- Ты москвич?

- Да, вырос в районе Северное Тушино.

- Потом ты был в молодёжном «Яблоке».

- Нам получилось создать довольно яркое «Яблоко».

- Ты учувствовал в выборах?

-Я избирался, но меня всегда снимали.  Потом началась эпоха маршей несогласных.

- Движение «Солидарность» - это политический субъект?

- Права выдвигать кого-то оно не имеет. Но на этих выборах шли под эгидой «Солидарности».  Последний этап моей политической карьеры - это после убийства Бориса Немцова. До этого у меня не было амбиций участвовать в муниципальных выборах.

- Как оцениваешь прошедшую кампанию, что было сложно, интересно и что дало наибольший результат? А также, как считаешь, насколько помогла система Каца-Гудкова.

 - Маленькая ремарка, по поводу вхождения во власть. Я никогда не рассматривал себя назначенным чиновником в данной системе. Для меня никогда такого варианта не существовало. Я всегда готов учувствовать в выборах. Мэрия специально занижала явку, чтобы москвичи ничего про это не слышали. И в некоторых районах это сработало. Чем меньше человек придёт, тем большее значение приобретают бюджетники, «Жилищник» и т.д. Но мэрия просчиталась и не ожидала, что в каких-то центральных округах оппозиция сможет привести своих людей. Для сравнения в Красносельском районе явка составила более 24 процентов. Это на 10 процентов больше чем по городу. Мы ходили от двери до двери, это единственный секрет успеха. Я лично обошёл все дома. Ни одна листовка не прошла даром. Мы сформировали квалифицированное большинство девятью голосами. Наш седьмой обогнал «единороса» на девять голосов.

- Какая самая эффективная технология?

- От двери к двери. Мы обходили по два-три раза все дома. Мы всегда ходили и записывали какие-то характерные черты людей, что им нравится, и т.д. И когда мы делали рассылку писем, мы подняли эти записи и делали на это уклон. Болельщику ЦСКА, например, отправили письмо с поздравлением, что его команда вышла в групповой этап Лиги чемпионов. И такой подход сыграл свою роль. Депутат шаговой доступности.

- Писали от руки?

- Нет.

- Еще какие-то интересные ходы?

- Раздавали визитки с номерами. У меня постоянно разрывается телефон.  Но люди этим не злоупотребляют, по ночам не звонят. В отличие от больших выборов, не было затруднений от сотрудников правопорядка. Не арестовывали тиражи. Мы провели соцопрос и выяснили, что 30% наших жителей пользуются Фейсбуком. Мы сделали несколько роликов, посвященных разным проблемам, Навальный записал обращение, Парфёнов, и т.д. И сделали таргетированную рекламу, чтобы это видели только жители Красносельского района.

- Вы с избирательного счёта это делали?

- С избирательного счёта это невозможно было сделать.

- Оцени роль политического убера в твоей победе?

- Это дало нам какие-то очки, но у нас сложный район и нельзя было делать уклон только на этот источник.

- Сколько голосов ты набрал?

- Около 1000 голосов. Мы выиграли все пять мандатов, где избирался я, и два в другом округе. У нас было 34 кандидата и конкретно пять спойлеров от «Яблока». Причем, в моём избирательном округе они выставили пять человек, а в другом ноль.

- Многие избиравшиеся депутаты говорили, что их личные соцсети помогли не так сильно, как платформа Гудкова, потому что люди заходили на сайт, смотрели кандидатов своего района и голосовали за них.

- У меня к этому проекту противоречивое отношение. Из-за этого в ряде районов получилось противостояние оппозиции. Гудков приложил все усилия, чтобы против меня не выставляли спойлеров, но люди из команды Митрохина его не послушали.

- Какая у вас общая смета была? ­

- Полтора миллиона рублей. Если ты хочешь получить большинство, тебе необходимо создавать электоральную машину.  

- Расскажи интересные развилки или дилеммы в твоей судьбе.

- Самое правильное решение в моей жизни - начало 2008 года, когда я встретился с Никитой Белых, и он пригласил меня поработать в Киров. И в разговоре он «пробросил», что общался с администрацией, и они хотят предложить мне поработать мэром какого-нибудь города в Кировской области. Я ответил, что мне это интересно, но я хочу обсуждать это со своими избирателями, а не кулуарно.

- Расскажи о проектах, которыми ты гордишься.

- Закончил доклад Бориса Немцова о войне в Украине и следующий доклад, который я написал, про Кадырова. Потому что я понимал, что Немцова убили боевики Кадырова, и это было связано с определенными рисками.

- А смысл?

- Следы ведут непосредственно в кабинет Кадырова, вопрос мотивации. Но я думаю, что сейчас у меня будут и другие предметы для гордости, потому что сейчас появилась возможность что-то делать руками. Когда ты в оппозиции, можно критиковать, но сделать сам не можешь в связи с отсутствием полномочий. Например, очень правильная инициатива: мы отказались от машины, и вместо нее мы организуем специальный транспорт для маломобильных людей и социальное такси.

- Вы проводили какое-то исследование?

- Да, есть служба городского социального такси, но она не справляется. Люди раньше даже не знали, что у каждого главы машина с водителем, у замов префекта машина с водителем, у министров, у глав управ. Это огромные деньги. У нас этого не будет.

- Расскажи про технологию

- Мы арендуем спецтранспорт, открываем колл-центр, люди будут принимать звонки.

- Какие цели ставил на разных жизненных этапах и какую сейчас ставишь?

- Чтобы моя жизнь была наполнена смыслом. Бывают дни и недели, когда ты понимаешь, что мог бы более полезно потратить своё время. Но главное - сохранять мотивацию. Мне хочется сделать так, чтобы Красносельский район с командой «Солидарности» стал примером для других муниципалитетов. Баланс - ключевое слово в нашей работе. Муниципалитет - самый близкий к людям орган власти.

- По поводу праздника («День свободных выборов» - прим. ред.). Для непосвященного человека трудно разобраться со всеми событиями. Расскажи, как это разрешилось.

- Не секрет, что муниципалитет может организовывать праздник. Но мы решили 24 декабря поднять важную тему и провести праздник «День свободных выборов». Нам начали выписывать запреты. Было давление в публичном пространстве. Нам не дали установить сцену, и мы решили провести это в качестве собрания. Нам это право отстоять удалось. Ни одного факта задержания не было.

- Моё мнение, что противодействие власти было вызвано тем, что они предполагали, что на этом празднике будет выдвижение Навального.

 - Навальный даже не появился на празднике, его задержали в ЦИКе. Я прекрасно понимаю, что если бы мы в виде праздника провели митинг в поддержку Навального, скомпрометировали бы сами себя. Если бы у нас спросили, мы бы ответили, но они решили действовать с позиции силы.

- Сколько человек было?

- Около 1000. Полиция сказала 300, но это только те люди, которые проводили меня до дома.

- Для Лермонтовского сквера 1000 это много, но если бы перенесли на Сахарова, было бы смешно.

- Нам предлагали митинг на Сахарова, если мы откажемся от Лермонтовского сквера, но тогда бы мы не смогли отстаивать свои муниципальные права. Моя задача была добиться реализации своих полномочий без согласования с мэрией. Чиновники практически открытым текстом говорили, что мероприятия должны быть согласованы, и вы должны у нас спрашивать разрешения. А мы - избранные депутаты, и ничего спрашивать мы не должны.

- Выдвижение Навального никак не было связано?

- Никак, он просто помог своими информационными ресурсами. Я убежден, что если мы будем вести себя как народные избранники, - это и есть системная реформа, фундамент народной демократии.

- В развитии этой ситуации принял Дмитрий Гудков, для тебя это было неожиданностью или вы договаривались?

- Мы договаривались с Димой, что он со своей стороны поговорит с мэрией, поможет найти какой-то компромисс. И я готов был перенести праздник на проспект Сахарова, но при условии, что это будет праздник, а не митинг. Видимо произошло недопонимание у нас с Гудковым, которое было потом раздуто.

- Я видел, у вас была презентация технического задания по расширению полномочий депутатов. Объясни на пальцах, как ты видишь эту реформу.

- В Москве существует  три звена исполнительной власти: мэрия, префектура и управа. Десятки сотрудников, которые, по факту, присвоили себе все полномочия местного самоуправления и у жителей забрали контроль. Те полномочия и те ресурсы, которые они сегодня контролируют, должны перейти муниципальным депутатам. Суть нашей реформы заключается в том, что мы считаем необходимым переподчинить районные управы муниципалитетам. Нам кажется это эффективным, потому что у граждан появляется возможность влиять на эти ресурсы через муниципальных депутатов, которые избираются на пять лет, ведь депутатов избирают, а чиновников управы назначают, могут и каждые полгода нового назначать.

- У нас же не забирали полномочия. Управы существуют давно, а местное самоуправление позже.

 - Тем не менее, местное самоуправление закреплено конституцией. Мы же понимаем отношение мэра Москвы к этой программе. Собянин достаточно откровенно сказал, что мы и есть местное самоуправление. В конституции закреплён принцип разделения местного самоуправления и государственной власти, это не может быть в одном лице. В этом нарушение конституции. Как мне кажется, необходимо решать эту проблему. Право граждан на местное самоуправление должно быть ограничено границами муниципального округа.

- Сколько у вас управляющих компаний в районе?

- Одна управляющая компания, но в большинстве домов «Жилищник».

- Ты считаешь, что нужно передать «Жилищник» муниципалитетам?

- Жилищник это монополист, и проблемы с коммунальным хозяйством в том, что на рынке огромный спрут-монополист.

- Благоустройство мы не можем отдать частным компаниям. Либо оставляем «Жилищнику», либо передаём муниципалитетам.

- Мне кажется это можно спокойно передать муниципальной власти, совершенно нет необходимости, чтобы это выполняли органы государственной власти. Контраргумент такого мнения я слышал только один, что депутаты недостаточно компетентны и они не очень понимают. По факту ничего не меняется с точки зрения реализации. А с точки зрения эффективности, меняется. Муниципальные депутаты намного лучше понимают, что нужно для их района.

- Главный контраргумент, который я слышал, - для жителей ничего не поменяется.

- Ключевая разница в том, что если эти органы подчиняются депутатам, у которых выборы через 2- 3 года, они будет работать иначе.

- Также там написано, что надо передать собственность в муниципалитеты, какую собственность?

- В нормальной ситуации муниципальная собственность является источником дохода бюджета. А у нас бюджет 14 миллионов, что это такое, сколько у вас на Таганке?

- 17 миллионов.

- Ну вот, 14 миллионов это просто несерьезно, стоимость двухкомнатной квартиры на окраине Москвы.

- Какие твои первоочередные шаги по ЖКХ и благоустройству.

- Первым делом мы хотим установить нормальный контроль по работе «Жилищника». Потому что это монополист, он привык, что его вообще никто не контролирует. Мы начали организовывать инспекции по работе «Жилищника». Выяснили, что в доме на Русаковской, который был давно расселен, у которого валится крыша, обшарпанные стены, теперь там живут работники «Жилищника». Не платят за коммунальные услуги, хотя пользуются ими. В итоге этот дом расселили и полностью отключили от ЖКХ. Выселили всех, переселили в общежитие на Ольховской улице. Первым делом необходимо выстроить механизмы контроля.

- Ты говорил про законопроект о золотых парашютах, расскажи.

- Ты знаешь, если глава уходит в отставку, он имеет право на получение единовременной выплаты до десяти зарплат. Это была первая бумага, которую я получил, когда вступил на пост главы муниципального округа. Моя предшественница подала мне бумагу, отметив свою скромность: попросила пять зарплат – 504 тысячи рублей. В качестве единоразовой выплаты из бюджета я должен выплатить ей полмиллиона рублей. На мой взгляд, это абсолютно недопустимая система. С какой стати уходящему чиновнику нужно выплачивать такие суммы, причем не важно, почему он уходит: на пенсию или просто проиграл выборы. По сути, это инструмент политической коррупции. У нас Совет депутатов отказался голосовать за эту выплату, теперь к нам приходит прокуратура, чешет затылок и думает, что с этим делать. На сегодняшний день такое право есть. Пожалуйста, добивайтесь ее через суд, но у меня рука не потянулась проголосовать за эту выплату.

- У вас депутатские поощрения распределяются?

- Да, у нас есть поощрения - отдельное для главы и отдельное для депутатов. Могу рассказать, как я трачу своё.  Я понял, что в муниципалитете не хватает сотрудников, денег нет, возможности нанять еще одного муниципального служащего просто нет. Конкретно - не хватает юриста, который бы помогал писать запросы, принимать население и так далее, грубо говоря руководитель общественной приемной. Я заключил с таким юристом гражданско-правовой договор, он помогает мне вести прием населения, разбирает юридические вопросы, сам платит налоги, и я плачу ему премию, которая мне положена.

- А твоя зарплата? У нас каждый труд должен быть оплачен, ты же тоже должен получать зарплату.

- На свою зарплату я живу, так как я не могу заниматься ни бизнесом, ничем другим.

­- Если не секрет, какая зарплата?

- Чуть меньше 90 тысяч.

- Ты считаешь, это справедливо?

- Не так много. Наверное, зарплата может быть больше, но и полномочий должно быть больше.

- За счёт премиальных и повышаются зарплаты. Я тоже не сторонник, чтобы у глав были большие зарплаты, но ситуация, в которой глава муниципального образования, человек, за которого проголосовали 10-20 тысяч человек, получает меньше чем учитель в школе…

- В твоих словах есть логика. Но в большинстве муниципальных округов, они ничем не занимаются, просто подписывают бумажки и получают 75 тысяч рублей, к сожалению это правда, но я не говорю про всех. Поэтому, сначала необходимо, чтобы муниципалитеты были наделены реальными полномочиями, и только тогда ставить вопрос об увеличении зарплат.

- Навальному отказали в регистрации. Ты его сторонник, вы дружите. Он призывает к бойкоту выборов, твоё отношение?

- Мы еще год назад провели слёт движения «Солидарность», которое я возглавляю, пригласили Навального, обсудили и приняли позицию, что главная наша задача - добиться регистрации Навального в выборах. Навального не зарегистрировали, решение абсолютно политическое. Если Путин сам себе выбирает спарринг-партнёров и снимает с выборов главного конкурента, выборы нелегитимны. Позиция Навального по забастовке избирателей мне кажется логичной и понятной. Но, откровенно говоря, альтернативы тому, что предлагает Навальный, я не вижу. Да, действительно, призыв граждан не участвовать в голосовании уязвим для критики, но лучшего решения в сложившейся ситуации я не вижу.

- Твоё отношение к Собчак?

- Я не могу ничего хорошего сказать про выдвижение Ксении, но и плохого тоже говорить не буду, потому что считаю себя джентльменом.

- От президентской кампании перенесемся на полгода вперед - мэрские выборы. К этому приковано очень много внимания и появилась информация, что ты, возможно, тоже будешь кандидатом на этих выборах, в качестве альтернативы Дмитрию Гудкову. Ты не опроверг эту информацию, как ты на это смотришь?

- А мне кажется, что я ее недвусмысленно опроверг. У меня нет таких амбиций, у меня нет планов учувствовать в выборах мэра Москвы, и я достаточно чётко об этом в статье сказал. Но, тем не менее, журналисты вынесли в заголовок, что выборы столкнут Яшина и Гудкова. Я считаю, что должен быть единый кандидат от оппозиции. Наверное, нужно будет договариваться, проводить праймериз, нельзя просто взять и выдвинуть себя от оппозиции. Тема непростая, сложная, обсуждать это преждевременно. Во многом расклад на мэрских выборах будет зависеть от результата президентских выборов. Поэтому сейчас это обсуждать смысла я не вижу.

- Ты не будешь выдвигаться в мэры?

- У меня нет таких планов. У меня сейчас задача создать образцово-показательный муниципалитет, чтобы все нас ставили в пример. Что касается выборов мэра, пусть кто-нибудь еще в этом участвует.

- Ты сказал, что нужен праймериз и единый кандидат. Почему никогда оппозиция не может договориться, твоё мнение?

-Потому что мы же не административная структура, которая как в казарме по приказу действует. Есть разные люди, со своими амбициями. Почему в «Единой России» всё слаженно, потому что это чёткая структура.

- Ты себя считаешь конфликтным?

- Я человек с непростым характером, но со мной всегда можно договориться. Несмотря на свою эмоциональность и темпераментность, я могу принять и понять чужую точку зрения.

- Какую проблему ты считаешь главной в современном мире?

- Бедность, отсутствие справедливости и свободы.

- А в России?

- Монополия, как мне кажется. Политическая и экономическая монополия: отсутствие конкуренции ведет к снижению уровня экономики.

- А в Москве?

- Всё то же самое. Москва живет не в отдельном мире.

- Вспомни какое-то яркое воспоминание из детства.

- У меня было яркое детство. Помню, в школе расклеивали листовки и добивались отставки уборщицы. Она материлась на детей и все с этим мирились. А мне не хотелось совершенно с этим мириться и мне не казалось это нормальным, что просто какая-то тётка сидит и всех материт. Мы с одноклассником распечатали листовки и расклеили их по школе.

- Ты оппозиционер с детства?  

- Да, мой партнёр по этой акции протеста сейчас работает в спецслужбах, наши пути разошлись кардинально. И самое интересное, что меня вычислили сразу, а его так никто и не вычислил, поэтому всё очень логично завершилось.